Когда будет референдум по земле и каких результатов ждать: интервью с Романом Лещенко, часть 3

Некоторые вопросы земельной реформой, в частности об участии иностранцев, предполагается решать всенародным голосованием на референдуме. Когда может состояться референдум? Какие вопросы на него предполагается вынести? Об этом мы подробно поговорили в интервью с Уполномоченным президента по вопросам земли Романом Лещенко.

Читайте также на сайте "Сегодня" первую часть и вторую часть интервью.

— В законопроекте №2178-10, который уже почти месяц рассматривает парламент, записано, что запрет на продажу земли может быть отменен по результатам референдума. Был запрет до 2024 года, теперь – до референдума. Когда, по-вашему, может состояться этот референдум?

— Наши оппоненты сейчас обвиняют нас, что закон о референдуме, мол, еще не принят, а такие важные вопросы, как земельный, уже выносятся на референдум. Напомню, что проект закона о народовластии, инициированный в первую очередь идеологом партии «Слуга народа» Русланом Стефанчуком, разрабатывался еще до президентских выборов. Но процесс его принятия затянулся. В первую очередь это произошло из-за того, что в этом законопроекте предложены совершенно новые подходы к народовластию. Не только через призму всеукраинского и местных референдумов, но и через другие механизмы: опросы, использование современных средств связи, инициация законопроектов через народную инициативу. Так формы народовластия не были предусмотрены Конституцией. И для того, чтобы этот законопроект попал на голосование, он должен был пройти согласование Конституционным судом на предмет его соответствия Конституции и другим законам Украины.

Обратную связь от Конституционного суда мы получили в ноябре. Конституционный суд сказал, что этот законопроект в целом отвечает нашему Основному закону. То есть, расширения инструментов народовластия не нарушают суть Конституции. Конституционный суд также не увидел там рисков относительно подмены понятий или, например, в том, что референдум каким-то образом может изменить конституционный строй в Украине.

То есть мы получили позитивный вывод. И этот законопроект запланирован к рассмотрению на этой сессии Верховной Рады. Очевидно, что он будет проходить очень серьезное обсуждение в парламенте. Потому что те подходы к народовластию, которые им формируются, в определенной мере являются революционными на всем постсоветском пространстве.

Президент его однозначно подпишет, потому что это часть его избирательной программы. И у президента есть воля сделать этот как можно быстрее. Потому что скоро будет год со дня выборов, и для президента принципиально важно успеть с точки зрения регламента этих вопросов зафиксировать этот законопроект в виде закона.

Уже после того, как этот законопроект будет принят, мы будем нарабатывать подходы относительно референдума об участии иностранцев.

Сегодня еще идет дискуссия о том, какие вопросы должны быть вынесены на всенародный референдум. Институт референдума – очень эффективный, действенный механизм, но в то же время очень затратный. Поэтому сегодня во власти идет дискуссия относительно целесообразности включения в повестку дня такого референдума и других вопросов по наиболее важным общественным вопросам.

С точки зрения коммуникации я не владею информацией, что это за вопросы. Я так понимаю, те, что наиболее волнуют общество.

Если говорить о сроках, с юридической точки зрения я вижу основания для того, чтобы референдум прошел в 2021 году. Но тут свое слово должны сказать эксперты по избирательному законодательству.

— Вы говорите, люди против передачи земли иностранцам. Какими, по-вашему, могут быть результаты референдума?

— Большинство тех, с кем я общаюсь в сельской местности, не поддерживают доступ иностранцев к обороту сельскохозяйственных земель.

— А пока референдум не состоялся, как предполагается следить за тем, чтобы иностранцы не получили доступ к украинской земле?

— Есть миграционная служба, которая может делать запросы до и после заключения любого договора. Но по запросу уполномоченного контролирующего органа мы получаем информацию от другой страны, что человек является, например, гражданином РФ, и тогда применяется механизм спецконфискации.

Более того, мы сейчас изучаем вопрос о государственном мониторинге землепользования. Чтобы была возможность следить, какая стоимость земли, кто покупает, откуда он взял деньги на покупку земли. Так что, если кто-то считает, что все будет просто, что можно из-под подушки вытянуть наличные и скупить землю, он глубоко ошибается. Вопросы фискализации, мониторинга и контроля будут регулироваться отдельными законами.

— В тексте законопроекта ко второму чтению исчезла норма о доступе Геокадастра к реестру актов гражданского состояния, по которому, как говорилось, планируется отслеживать родственные связи собственников земли, чтобы избежать концентрации в одних руках. Как теперь будет идти проверка?

— Мы сейчас концептуально думаем над тем, на кого возложить функции постаудита и мониторинга. У нас идет внутренняя дискуссия. Аккумулировать всю необходимую информацию – займет какое-то время.

Возможно, мы пойдем по пути Польши. Там есть отдельное агентство, которое выполняет исключительно функции мониторинга и контроля оборота земель. Учитывая большое количество запретов и ограничений, которые у нас будут в вопросе оборота земель, я считаю, институционально нам это нужно.

Вопрос сложный, и, повторяю, пока он в процессе обсуждения.

— Многие защитники Украины сетуют на то, что ранее, в 2016-м, 2017-м хоть и выделяли положенные сотки земли, но на деле оказывалось, что это участки на болотах, сенокосах. Вы сможете им помочь получать нормальные участки?

— Ранее им выделяли земли по остаточному принципу. Самые лучшие земли из резерва себе забирали чинуши. Которые, кстати, и являются противниками земельной реформы. Сейчас вопрос однозначно ставится на контроль. Земли Академии аграрных наук, ГП – 20% объема, это более 1 млн гектаров земли – исключительно для тех, кто из защитников Украины остался в очереди. Пропорционально по областям в зависимости от мест их регистрации. Параллельно проведем инвентаризацию того, какую землю местные органы власти отдавали защитникам. Знаю, что им давали болотистые участки, залеснение – извините на слове, мусор какой-то. То, что никто не брал, то отдали им.

— Как в рамках земельной реформы изменятся вопросы использования лесов, прибрежных зон водоемов? Это, конечно, не сельскохозяйственные земли. Но будут ли они отдаваться кому-то в собственность?

— По воде и лесу будет отдельное законодательное регулирование, потому что «прихватизация» прибрежных полос и неконтролируемая вырубка лесов уже вышли за рамки здравого смысла. Пока продолжается инвентаризация. Но основная идея – что лесные и водные ресурсы будут также переданы громадам, которые будут определять режим владения и пользования. Но это не значит, что громада может идти на нарушение закона и, например, отдавать прибрежные полосы под выращивание кукурузы или под частный пляж.

При этом будет и корректирование законодательства на уровне государства. Потому что без специального регулирования мы там порядок не наведем. Лесные и водные ресурсы – это вопрос национальной безопасности.

— Сталкиваетесь ли вы с попытками какого-то давления?

Постоянно. В первую очередь очень серьезное давление идет со стороны разного рода политических групп, которые стараются любыми способами остановить процесс земельной реформы. Сперва была иллюзия, что это какие-то идеологические вещи. Но когда мы начали погружаться в масштабы теневого оборота – зерна, земли, разного рода схем – для меня стало очевидным и понятным, почему очень много старых политиков отстаивают позицию «оставьте все, как есть». Потому что это источник коррупционного рентного дохода на всех уровнях. Эти схемы и потоки выстраивались годами.

При этом идет давление и со стороны разного рода иностранных лоббистских организаций и представителей иностранных групп, которые стараются разными мерами давить, в том числе на меня, чтоб эта реформа шла в более либеральном, открытом формате. Но когда в стране сто лет не было земельной реформы, когда существуют страхи и фобии, любые резкие движения могут привести только к социальному напряжению. Мы должны с уважением относиться к тому, насколько священна для украинцев земли. Мы не нарушаем никаких международных конвенций, и это наше внутреннее дело – каким образом проводить земельную реформу. Мы делаем ее в интересах украинских граждан и украинских компаний, где учредителями являются украинцы.

Все подробности в спецтеме Земельная реформа

Подпишись на наш telegram

Только самое важное и интересное

Подписаться

promo

promo

promo